Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Под впечатлением от сегодняшних событий...

Последняя диверсия

-Бабка, немцы в деревне есть?
-Да ты что милок, война уже 40 лет как кончилась.
-Тю! А мы до сих пор поезда с рельс пускаем!


-Ну вот и пришли, чугунка… произнес Михалыч. Он неловко прислонился ко стволу березы, а затем устало соскользнув на холодную осенную землю, снял сапоги и начал перематывать портянки. Мокрая и грязная ткань с трудом отдиралась от сбитых до крови ног. Рядом с ним, буквально упал на мокрые листья сержант Айдаев, здоровый, двухметровый чеченец. Перед этим он каким-то чудом нашел силы медленно снять, и острожно прислонить к ближайшему пню рюкзак с взрывчаткой и детонаторами. Где-то сзади за их спинами копошился третий член группы – тощий, стриженый под ноль парнишка – Андрейка Колюжный. Раздавшийся шелчек затвора указывал на то, что он занялся своим любимым делом, чисткой немецкого автомата взятого Андрейкой у убитого мотоциклиста еще в прошлом месяце под Лугой.
Пять дней назад они покинули лагерь своего партизанского отряда им. тов. Берии расположенного в лесах новгородчины. Опытные подрывники Михалыч, Айдаев и Колюжный шли на свою обычную работу. За последние три месяца 1942 года они спустили с рельс пять немецкий эшелонов, два раза с трудом уносили ноги от полицейской засады и один раз удачно расстреляли телегу с пьяным полицаями возвращавшимися после гулянки с бабами в райцентре.
Но на этот раз все пошло наперекосяк. Это Михалыч понял уже в первый минуты их экспедиции, когда не нашел в кармане заветного кисета с табачком, который по его мнению (впрочем разделяемое всем отряды) являлся своего рода талисманом, позволявшим подрывнику выкручиватся из самых опасных переделок. Затем Андрейка пройдя по лесу какой-то час вруг упал, вполголоса выругался и застонал. Оказалось, он умудрился наткунться на торчащий из земли металический штырь, неведомо откуда очутившийся посредине лесной чащи. Всю дальнейшую дорогу он здорово хромал, хотя и бодрился для виду, боясь, что его отправят обратно. Но этого не произошло, посольку еще через три часа Михалыч к своему удивлению понял, что они сбились с дороги.
Как это могло произойти он не понимал. Ведь эти места до войны он знал на зубок, работая ветеринаром по окрестным колхозам и хуторам. Нередко приходилось ему наведоваться и в лес с ружьишком, чтобы пополнить скудный семейный котел зайчатиной или парой уток. Но теперь, чем дальше они шли, там больше Михалыча охватывали сомнения по поводу выбраного им направления. Возвращатся назад было и стыдно и боязно – шутка ли, не выполнили задание. Да и почему!? Заблудились! Да его даже поварихи на смех поднимут. Стиснув зубы он шел вперед по тропе, стараясь не слышать едких колкостей чеченца («А вот у нас в горах, только ишак потерятся может…») и тихого постанывания Колюжного. Вскоре пропала и тропа и подрывники пошли прямо напролом через чащу.
Наступила ночь, которую они провели прямо на земеле у небольшого костерка. Затем пришел день, который они провел в отчаяных попытка сориентироватья. Вокруг царил почти полный мрак. Древний лес, нетронутый с еще языческих времен, стоял стеной вокруг пробиравшихся вперед партизан. Они шли через болота по пояс в ледяной воде, отчаяно выкарабкивались из колучих зарослей. Несколько раз они бессильно падали на земли и тогда Михалычу казалось, что низкое небо стремительно опускается на них как крышка гроба из которого уже не будет выхода на белый свет. Но все же они пришли…
На своем веку Михалыч повидал много железных дорог, но такой чугунки он еще не видел. Шпалы на ней были не обычные деревянные, а какие-то заграничные, из бетона. Дорога была электрофицирована, такое Михалыч видел только один раз, когда был в отпуске под Баку, вдоль полотны были установлены невиданные им раньше семафоры и умные приборы. На его спутников, железка тоже произвела впечатлений
- Шайтан дорога – сквозь зубы прозедил Айдаев. – Хорошо чертов немец умеет дорога делать.
-Да, - прокряхтел Андрейка – сразу видно, что работа не наша. Интересно, когда они успели понастроить все это?
-Пленых пригнали, вот и понастроли. – отрезал Михалыч. – Ладно мужики, поболтали, а теперь нам работать надо. Вы вот, что поглядите, эти суки вдоль всего полотна запор установили. Как с ним то быть?
Действительно, вдоль всей железной дороги шла бетонная стена. Будто в издевку она была покрашена в веселый розовый цвет.
-А вот это уже фигня, - снова встрял в разговор Андрейка – Видно забор действительно нашипленные ставили. Видите, там справа канава? Она как раз под забором проходит. Я через нее и пролезу.
Михалыч одобрительно кивнул. Для словестного одорения у него просто не было сил.
-Давай пацан, действуй. Только осторожно смотри там. Сам знаешь. Сейчас тебе все самому делать придется.
Андрейка кивнул. – Я сейчас пойду, сейчас, через минуту, я все сделаю…
…Гудок поезда раздался буквально через десять минут после того как Андрейка скользнул обратно под спасительный кров деревьев. Вскоре показался и прожектор локомотива. Поезд оказался таким же странным как и сама дорого. Перед паровозом не было обычной платформы с балластом и охраной. Да и сам паровоз, голубой, чистенький и как ни странно почти не дымящий не походил на поезда, которые партизаны видели раньше. За ним шли вагон – беленькие чистинькие, с неразличимой в темноте надписью чуть ниже окон. Из них лил нежный белый свет (никакой светомаскировки) и мелькали фигуры хорошо одетых мужчин и женщин.
Подрывники засмотрелись на невиданный состав.
-Отпускники, наверное, домой в фатерлянд едут, - прошептал Андрейка. Его голос вернул Михалыча к реальности:
-Да, что вы сукиблядь медлите, уйдут же гады! – вскрикнул он и схватился за детонатор – За Родину! За Сталина! Получайте суки фашистские! -Оглушительная вспышка расколола ночное небо. Последние вагоны вдруг оторвались от полотны и полетели с насыпи. Ликования охватило подрывников. Не выдержав напряжения, Айдаев схватил свой дегтярь и с нерусским готанным криком выпустил весь диск по страшному месиву железа и человеческого мяса у полотна.
Погоня настигла их к вечеру следующего дня. Обычно подрывники умели быстро покинуть место операции, но сейчас усталость и больная нога Колюжного существенно замедлили скорость их движения. По пути они наткнулись на заброшенную деревню, где их встретила старуха в дранной телогрейке. Увидив трех заросших мужиков с оружием выходящих из леса, бабка сначала схватилась за вилы, но увидив красные звездочки на шапках, крестьянка осенила себя крестом и пробормотала что-то невнятное: «Слава богу, наши, двадцать лет под иродами ходили, наконец то пришли касатики…» На вопрос есть ли в деревне немцы, бабка понесла уже какую-то околесицу, что Немцов с роду в их края не заезжал, но если появится она его от советского суда покрывать то не будет, а затем побежала накрывать на стол. Но поесть они не успели.
За окном послышался глухой рев моторов и лай собак. Андрейка схватил свой шмайсер и первый бросился во двор. Выскочил в сени, толкнул плечем дверь и мешком рухнул в лужу перед дверью. Пуля снайпера угодила ему прямо в лоб и разнесла череп молодого подрывника на мелкие кусочки. Михалыч и Айдаев кинулись обратно в комнату. Бабка уже стояла на коленых перед иконостасом и читала молитвы Всевышнему. За окном было светло как днем, ревели моторы, раздавлись команды.
-Немцы? –шопотом спросил Айдаев.
-Нет… Кажись полицаи… По русски бормочут. Да и кокарды у них трехцветные. А вот мундирчиков таких серых я раньше не видел…
- Наверное власовцы, слышал я немцы армию из пленных формируют, под командованием Власова.
-Может быть и они дижигит, не знаю… А какая разница, все равно не уйт…
Михалыч не докончил фразу еще одна снайперская пуля нашла его горло и он опрокинулся на пол фонтанирую кровью. Бешанная злоба захлестнула Айдаева. Схватив пулемет он выпустил длинную очередь во тьму, по приближающейся цепи серомундирников.
-Суки! Как баран зарежу! - кричал он в страшном гневе. «А ведь дома сейчас курбан-байрам, наши барана жарят» вдруг промелькнуло в голове у Айдаева, но бешенство и жажда битвы охватило все его существо и вытяснило последний обрывок мирных воспоминаний из его головы.
Еще через минуту, когда был выпущен последний патрон в диске, Айдаев спокойно прислонил верный дегтярь к стене, поднял руки и вышел на улицу, где его ждали потоки света из фар и истошные вопли: «Стой где стоишь! На колени сука! Я сказал на колени! Руки за голову блядь!»
Айдаев опустился на колени и положил руки за голову. Со всех сторон к нему бросились полицаи. Возможно, такова была воля Аллаха, но гранат зажатых в его ладонях они не увидели.
На следующее утро ведущие российские газеты вышли с громкими заголовками о шахиде-самоубийца и о чеченском следе в последнем громком терракте на железной дороге.



-

И грянул гром...(фантастический рассказ)

-Это здесь, - сказал Смирнов, скидывая тяжелый рюкзак перед последним привалом. Последним привалом перед скачком в другой мир.

- Тот самый портал во времени, о котором ты говорил? – спросил Влад

- Да. Это здесь. Небольшой тоннель в холме. Пройдя несколько метров мы уйдем на 88 лет назад. Ты готов?
Collapse )